Последний еврей Винницы

История одной фотографии

На фотографии лен айнзатцгруппы собирается застрелить человека у братской могилы в Виннице, 1942 год. На обороте фотографии надпись «Последний еврей в Виннице».© Public Domain

Ведущий редактор проекта «Нюрнберг. Начало мира» Леся Орлова — о том, что стоит за одним из самых шокирующих документальных свидетельств деятельности айнзацгрупп на оккупированных территориях СССР.

Есть знаменитая фотография — вы видели ее, конечно. Сейчас она встретилась мне в очередной раз — мы отобрали ее для иллюстрирования большого материала о деятельности айнзацгрупп и зондеркоманд. Я рассматриваю ее очень внимательно.

Этот снимок получил в мире фактически официальное название: «Последний еврей Винницы». Потому что это написано на обороте — от руки. Снимок сделан нацистским фотографом, хорошим фотографом, действительно мастером репортажа: если не знать, что это — схваченное мгновение, можно на секунду подумать, что фото постановочное, настолько оно идеально по композиции и расстановке акцентов. Впрочем, я не исключаю кошмарного варианта, когда, к примеру, фотограф покрикивает: «Ганс, руку чуть выше, и смотри прямо на него, да не на меня, на него смотри! Ты, юден, сюда смотреть!» Щелкает камера — нажат спуск. Нажат курок — выстрел. Всё.

Последний еврей Винницы сидит на корточках на краю ямы, в которой лежат его убитые соплеменники — ноги, ноги, ноги. Он в костюме. А в руках держит свое пальто. В описании фото пишут, что он смотрит в камеру. Я очень внимательно рассмотрела на максимальном приближении — мне кажется, он напряженно смотрит влево-вверх, потому что там — слева-сзади на небольшом расстоянии — дуло пистолета. Он совершенно окаменевший. Ждет. Сейчас. Только что он видел, как всех убили.

Немец, который держит пистолет, — солдат айнзацгруппы D, молодой парень в очках. Очки — хорошая деталь, стереотип «интеллигентное лицо», в голове сразу проносится хрестоматийное «нация Гете и Гейне».

А сзади — маленькая толпа наблюдателей. Видны 14 человек, но там явно больше, просто не все поместились, а кого-то закрывает палач. Их лица я тоже рассмотрела. В основном это — молодые люди. Один особенно привлекает внимание, потому что, во-первых, он в черной форме, а во-вторых — совсем пацан еще. Они стоят в очень характерных позах — одна нога опорная, вторая согнута, отдыхает. Мы все так стоим, отставляя и сгибая то одну, то другую ногу, когда приходится стоять долго. Они стояли долго.

К 1939 году, как сообщает нам википедия, еврейское население Винницы составляло 33 150 человек, то есть 35,6 % от общей численности жителей города. 19 июля 1941 года в город вошел вермахт. Который, как мы помним, не был осужден Нюрнбергским международным трибуналом и вообще сегодня все больше считается прохладными объективными диванными историками типа «чистеньким», военной косточкой со всякой там честью и достоинством, в отличие от мясников СС. Ну вот, вермахт, значит, вошел — а следом айнзацгруппа взялась за работу.

Первым делом создали, конечно, юденрат и гетто. Ну и приступили к ликвидации, к зачистке. 28 июля расстреляли первых 146 евреев, 1 августа — 25 евреев из числа городской интеллигенции, 13 августа — еще 350, 5 и 13 сентября — соответственно, 1000 и 2200 евреев. 19-22 сентября — примерно 28 тысяч евреев, бОльшую часть заключённых винницкого гетто.

К 1 января 1943 года в ходе переписи зафиксировали 5 тысяч евреев, большей частью согнанных в Винницу из окрестных областей. 16 апреля расстреляли почти всех, а 25 августа — последних оставленных в живых для нужд оккупантов 150 евреев-специалистов. Самого-самого последнего мы видим на фото. Винница была объявлена официально «свободной от евреев».

Казни велись по всему городу — было несколько рвов. Все фиксировали на фотопленку и скрупулезно заносили в отчеты. Эти отчеты потом обнаружит и изучит Бен Ференц, инициировавший в Нюрнберге дело об айнзацгруппах.

Бывший узник концлагерей Аушвиц, Ридерлохен и Аллакен Эл Мосс после освобождения купил в Мюнхене фотоальбом какого-то немецкого солдата. Там был этот снимок. Мосс хотел, чтобы это увидели все и обнародовал фото во время суда над Эйхманом. В 1961 году его опубликовало информагентство «United Press International».

В 2019 году на сайте британского отделения интернет-магазина Amazon предложили к продаже толстовки с капюшоном, футболки и свитеры разных цветов с одинаковым принтом — вот этой самой фотографией. В описании товаров продавцы из «Harma Art», настаивающие, что их вещи отличает «уникальный стиль и характер», с огоньком мотивировали покупателей: «Выбирайте из нашей большой коллекции аутентичных дизайнов и выделяйтесь из толпы!» Цена варьировалась от 9 до 20 фунтов стерлингов. Израильский канал Channel 12 News забил тревогу, товары сняли с продажи в Великобритании. После чего они отличнейше появились уже на французском амазоне. Оттуда, впрочем, в итоге тоже убрали. Великобритания, Франция, союзники, освободители.

Мне интересно вот что. Все это время я с надеждой (да, с надеждой, другого слова не подберу) хочу обнаружить хотя бы одно свидетельство, что «был один, который не стрелял». Ну, даже чисто статистически — должен был быть. Может, даже не один. В конце концов, есть же столь же знаменитое фото человека, скрестившего руки на груди среди зигующей толпы. Должен же был быть хоть кто-то, хоть какой-то немецкий парень или взрослый мужчина, кто ужаснулся бы увиденному, набрал в грудь побольше воздуха и сказал: я не буду, я не могу, я не хочу. И не стал бы убивать. Может, после этого его самого бы посадили, а то и убили (вероятнее всего, убили бы). Может, он бы застрелился. А может, оказалось бы, что «так можно было».

Кощунственное сравнение, но — в голову пришел ключевой момент фильма «О бедном гусаре замолвите слово». Когда полковник Гафт отказывается командовать расстрелом «заговорщика» Леонова, а его гусары опускают оружие и говорят, что не станут стрелять. Впрочем, там-то как раз то самое противопоставление: армия, которая отказывается марать руки палаческой мерзостью.

Ну должно же было такое быть! Должно же! Но я совсем не встречаю никаких упоминаний о таком, никаких свидетельств. О сиюмоментных проявлениях милосердия — бывает, да, встречаю (да что там, даже в истории моей семьи такое есть, когда немецкий пастор, стоявший на постое, отмазал моих родную и двоюродную бабушек, сестер Олю и Таню, от угона в Германию, они уже в списках были), а вот о принципиальном «я не выстрелю в еврея, можете меня убить» — нет.

В айнзацгруппах служило не менее 3000 человек. Наказаны были далеко не все. Они — где? Кто-то с этой фотографии дожил до седин? Он видел эту фотографию? Скрывал, что на ней — он? Говорил, что на ней — он?

Рвало ли их, когда они в первый раз видели, как это происходит? Сошел ли кто-нибудь с ума? Попытался ли вздернуться? Дезертировал ли? Сказался ли больным? Что угодно! На каком убитом человеке они переходили к вот этому — к расслабленному стоянию вокруг рва?

Первоисточник — сайт nuremberg.media

Другие статьи по теме

НЕ СГОРЕЛ!

Здравствуй, «Судьба»! Обращается к Вам житель д. Звизжи Калужской области Дзержинского района п/отд Звизжи с просьбой опубликовать в нашей газете «Судьба» статью «Возмездие» о наших многострадальных жителях села Вздружное Брянской…

Читать далее...

СУМЕЛИ ИСТИНУ ДОНЕСТИ

В преддверии 11 апреля – Международного  дня освобождения узников фашистских концлагерей ученики 7 «А» класса МБОУ «Средней общеобразовательной  школы № 15» г.Калуги встретились с бывшими малолетними узниками. Ребята внимательно выслушали…

Читать далее...

«Ретрансляция» трагического опыта жертв нацизма

Выступление Людмилы ЕРМОЛЮК, бывшей несовершеннолетней узницы фашизма – малолетнего донора Ретцевского детского дома (Германия), руководителя Калужского областного отделения Российского союза бывших несовершеннолетних узников фашистских концентрационных лагерей, члена Центрального совета  МСБМУ…

Читать далее...

О солдате Великой отечественной войны

Моего младшего брата Буртонова Анудрия Алексеевича призвали на Великую Отечественную войну из 10-го класса Малышевской средней школы Усть — Идинского района Иркутской области в 1941 году. Ему не было и 18-ти лет. Юношу, еще не набравшего крепкой мужской силы, отправили…

Читать далее...

Голос: «На братских могилах не ставят крестов»

И вдовы на них не рыдают: вдовам просто негде рыдать. Да и могил, собственно, нет, потому что за 75 лет, протекших после Победы в Великой Отечественной войне, мы до сих пор не похоронили всех павших солдат…

Читать далее...
Языки